НовостиПресса
Одиночество в волнах
Алиса Никольская, http://www.akado.com/, 6.05.2008
Елена КАМБУРОВА: «Я верю в чудеса — они происходят»
Илюзя Капкаева, «Вечерняя Уфа» № 65 (10884), 04.2008
Каждый концерт как проход по минному полю
Татьяна Рикер, «Комсомольская правда», Ростов-на-Дону, 26.03.2008
Человек-театр
Сергей Виноградов, Газета «Речь» (Череповец), 7.03.2008
Елена Камбурова: «Продюсер — это хуже советского цензора»
Елена Коновалова, «Вечерний Красноярск», 8.02.2008
В луче прожектора одна
Вадим Кривонос, «Красноярская газета», 1.02.2008
Попытка полета
Наталья Старосельская, «Страстной бульвар, 10», 01.2008
Колокол Камбуровой
Ядвига Юферова, «Российская газета», 15.11.2007
Елена Камбурова: «В детстве думала, что я - второй Пушкин»
Нина Куриленко, «Липецкие региональные новости», 14.11.2007
Елена Камбурова: «Меня легко обвести вокруг пальца»
Лиза Коршуль, «Нижегородский рабочий», 5.10.2007
Песни для своих
Константин Исаков, «Вечерняя Москва», 10.2007
Точка слева
Мария Выставкина, http://marita-bonita.livejournal.com/23011.html, 20.06.2007
Елена Камбурова: «Живите вечными ценностями!»
Ирина Федоськина, «Честное слово», Новосибирск, 05.2007
Елена Камбурова. Успех
Ксения Ларина, Эхо Москвы, 16.04.2007
«Жизнь лучше снов?»
Светлана Васильева, «Омский вестник», 11.04.2007
Елена КАМБУРОВА: «Я верю в чудеса — они происходят»

В предыдущем номере мы уже сообщали читателям о том, что вчера в редакции «Вечерней Уфы» побывала редкая гостья. Мы до конца не были уверены в успехе этого, казалось бы, безнадежного, дела, поскольку народная артистка России Елена Камбурова приехала в столицу Башкортостана практически на один день.
 — Обещаю, — Фанис Ахунов, один из организаторов выступления Елены Антоновны в Башкирской государственной филармонии, представляющий фирму «Концертная афиша», говорил уверенно. — К трем часам мы с Камбуровой едем на радио «Шансон», а потом хоть на несколько минут я завезу ее к вам. Но не надолго!
 — Хорошо-хорошо, — мы были согласны на все. И не только потому, что столь уникальная творческая личность, каковой является Камбурова, почитаема и любима нашим коллективом. Есть в истории «Вечерки» дорогая нашему сердцу страница, связанная с именем Елены Антоновны. Двадцать девять лет назад она побывала на нашем, третьем этаже Дома печати, и воспоминания о том ее визите, продлившемся по времени гораздо дольше нынешней беседы, мы до сих пор храним в памяти как одни из самых светлых.
Фанис сдержал слово. И вот мы уже встречаем явно уставшую Елену Антоновну у входа, принимаем ее легкое пальтецо, размером на невысокую девочку-подростка, а затем окружаем плотным кольцом и ведем в кабинет редактора.
 — Кофе, Елена Антоновна, чаю — зеленого, черного?
 — Воды, пожалуйста, — гостья сдержанна и немногословна. — Если это возможно, то без газа и обязательно теплой.
 — У вас пятнадцать минут, — предупредил Ахунов. — Ей необходимо отдохнуть перед выступлением.
Времени было в обрез, поэтому мы не стали медлить и выстраивать приготовленные вопросы в какую-то логическую цепочку. Как сложилось — так сложилось.
 — Елена Антоновна, мы знаем, что с 1992 года вы являетесь художественным руководителем основанного вами же Театра Музыки и Поэзии. Несколько позже вы обрели собственный дом — здание бывшего кинотеатра «Спорт», расположенное напротив Новодевичьего монастыря. Событие это произошло благодаря личному участию мэра Москвы Юрия Лужкова…
 — То, что произошло, относится к области чудес. А как сказать иначе? Ведь мечта о собственном доме пришлась на такое суперпрагматичное время, когда одно только название Театр Музыки и Поэзии отнюдь не вызывало энтузиазма у тех, кто раздавал помещения. .. Но все-таки произошло чудо, и я очень благодарна Юрию Михайловичу Лужкову, который поверил, что на карте Москвы, да и всей России, должен быть такой театр. Я опускаю подробности, сложности и прочее-прочее, самое главное — он действительно существует.
Наш театр сегодня — это появление в России традиций петь и слушать песни, в основе которых стихи, окрыленные музыкой, их актерское проживание и душевное напряжение зрительного зала. Поначалу я думала, что здесь будут собираться те, кто мне близок по духу — авторы, исполнители песен, артисты; будут проходить вечера, концерты, творческие встречи… Но все пошло гораздо дальше, и я сама потрясена тем, что бытие нашего дома вылилось в настоящую жизнь театра. Появились спектакли, первый из которых — «Здравствуйте, Жак Брель!», посвященный французскому поэту, автору и исполнителю, личности, которая на меня более всех из числа людей поющих и сочиняющих песни повлияла. Потом родился спектакль «Капли Датского короля», наше приношение Булату Окуджаве, и он с успехом идет. Вообще, все спектакли, которые мы выпустили, не уходят, а продолжают быть и быть. Что еще? Дальше мы поставили «Грезы» — это Шуберт и Шуман в одном, «Абсент» — французская классическая музыка, скажем, Равель, Дебюсси, Форе и французский шансон. А еще мне хотелось бы подчеркнуть: у театра есть музыкальный стержень. Я говорю о нашем музыкальном руководителе Олеге Симкине, с коим мы уже долгие годы работаем вместе и вместе выходим на сцену. У нас шесть своих музыкантов, но мы еще приглашаем солистов из разных коллективов, причем таких серьезных, например, как, допустим, Спиваковский оркестр.
И постепенно наш театр стал для многих действительно домом, как я некогда и представляла себе — нечто теплое, куда должны стекаться души. И это происходит. Многие актеры, певцы задерживаются в театре, не убегают после репетиций и спектаклей, потому что это семья, потому что они как бы живут здесь. Может быть, подобное единение происходит и потому, что дом, в котором раньше находился кинотеатр «Спорт», возведен на месте разрушенного храма. А энергетика храма, конечно же, не может исчезнуть, никакое строительство, ход времени не в состоянии ее разрушить. Она незримо влияет на нашу судьбу.
У нас потрясающая публика! Очень многие зрители не по разу смотрят одни и те же спектакли. А поскольку залы небольшие, их два, то мы видим этих людей, запоминаем их. Раньше был некий страх: нас не знают, не замечают, о нас не пишут — равно как обо мне, так и о театре… Как все будет, нужна же реклама… А сегодня (говорю о ситуации двух последних лет) в первый же день продажи люди раскупают билеты на все спектакли. Это очень приятно.
 — Елена Антоновна, мы были счастливы, когда в 1995 году вам было присвоено звание народной артистки России. Скажите, пожалуйста, факт этот — свидетельство того, что у власть предержащих заговорила наконец совесть? Или, может быть, стали бить во все колокола какие-то любящие вас поклонники, друзья? Ведь мы помним, что званием лауреата премии Московского комсомола вы отчасти обязаны Ролану Анатольевичу Быкову, который таким образом пытался спасти вас от очередной опалы, звонил «наверх» и требовал поддержать актрису, исполняющую такое количество «комсомольских песен» (знаем, что вы не любите это определение)…
 — Именно так. Комитет по культуре города Москвы как-то вдруг изменил ко мне отношение. Похоже, прошли времена, когда я была, так сказать, полузапретной. Появились доброжелатели «там». Они побывали на моих сольных концертах и как-то вот решили дать мне звание. Ведь все зависит от конкретных, симпатизирующих тебе людей. Например, Александр Градский, который с некоторых пор вошел в состав комиссии по присуждению Государственных премий, посчитал, что такая награда должна быть и у меня. Он пролонгировал ситуацию, дал свою оценку моей работе… И получилось, что «да».
 — Может быть, вас удивит этот вопрос, но нам бы очень хотелось знать, что после смерти Раневской стало с ее любимой собачкой по имени Мальчик? Вы ведь дружили с Фаиной Георгиевной…
 — Знаю, конечно. Ее взяла к себе актриса Елена Майорова, и несколько лет Мальчик прожил счастливейшей жизнью. Выяснилось, что он никогда ранее не катался в автомобиле, а Майорова — заядлый водитель. И она всюду брала песика с собой, и тот везде ездил. В общем, Мальчик умер своей естественной смертью.
Фаина Георгиевна безумно боялась, что она уйдет, и собачку выкинут на улицу. Каждого, кто с ней общался, просила: «Вы обещаете, что если я раньше уйду из жизни, с ним ничего не случится?» Помню, я сказала: «Обещаю». Но получилось так, что Мальчика взяла Майорова, и все для собачки сложилось очень хорошо.
 — Три последних Новых года в жизни Раневской вы провели вместе с ней. Всем известна история о том, как она, услышав в эфире исполняемую вами новеллу «Нунча» из «Сказок об Италии» Горького, написала сначала благодарственное письмо на радио, а затем при первой встрече благословила начинающую тогда свой творческий путь Елену Камбурову. Более того, в ее дневнике есть замечательная запись: «Елену Камбурову преследуют за хороший вкус». Ваша дружба началась с этого письма?
 — Нет, она не буквально с этого момента началась, но письмо было неким знаком… Я верю в чудеса — они происходят. Это было, может быть, одно из первых чудес в моей жизни. Ну, представьте себе студентку эстрадно-циркового училища! Ну, хорошо ко мне относилась радиостанция «Юность»! Настолько, что ученическую работу предложили (радийщики были на экзамене) записать. И Раневская «Нунчу» услышала в тот самый момент, когда была на гастролях в Ленинграде. И у нее хватило времени, энергии, сил, что кажется невозможным, взять лист бумаги и вывести на нем «Никогда не писала на радио. ..»
Это было настолько невероятно, что я не поверила. Вижу, письмо, но не понимаю, что его написала Раневская. Несколько лет мне даже в голову не приходило разыскать номер ее телефона, позвонить, поблагодарить… И абсолютный случай привел меня в ее дом. А человек, который пригласил меня с собой, был, оказывается, не очень зван в тот день. Фаина Георгиевна не слишком дипломатична и поэтому без особой радости нас встретила, грозно меня спросив: «А вы кто?» И тут я робко, заикаясь, промямлила что-то вроде «Не писали ли вы?..» Она взглянула внимательно и произнесла «Ой, деточка, хорошо, что вы не фифа!» Фаина Георгиевна в тот вечер меня как бы и благословила на всю мою оставшуюся жизнь. Но я тогда подумала, что это мое первое и, наверное, последнее посещение. 
А потом был еще один визит, когда я уже пришла в последнюю ее квартиру в «Южинске». Это тоже абсолютный случай: надо было подписать одно какое-то общее письмо. Она увидела, как мы встретились с Мальчиком (а у меня идущая из детства любовь к животным), оценила его отношение ко мне. Этот песик принимал далеко не всех. И Фаина Георгиевна сказала: «Приходите всегда». Вот тут я этим воспользовалась. Время было очень разъездное, но в любую свободную минуту я мчалась к ней. Не помню случая, чтобы в ответ на мой звонок в трубке не прозвучало: «Приходите». Вот это было, действительно, чудо.
 — Раз уж мы заговорили о Мальчике, то логично будет задать вам вопрос о братьях наших меньших. Известно, что вы очень многое делаете для создания в Москве приюта для бездомных животных. А еще мы знаем, что все бродячие киски, равно как и собачки, попадая в дом Елены Камбуровой, остаются там навсегда.
 — Да нет, не все, к сожалению. .. Вот я сегодня прогуливалась по Уфе и вижу: явно голодный песик. Думаю, Господи, у меня же ничего с собой нет… В общем, это постоянная грусть именно оттого, что… все можно исправить, равно как можно исправить ситуацию с бездомными детьми, с бомжами, с людьми, которые находятся на грани нищеты… Но если захотят те, от кого сие зависит. 
А что касается животных… Действительно, было так много предпринято шагов для того, чтобы вышел в стране (если считать, что она цивилизованная, наша страна) закон о защите животных от жестокого обращения. Я очень серьезно к этому отношусь. Потому что это было бы первой ступенью нравственного обновления нашего общества, симптомы нездоровья коего налицо (достаточно прочесть любую газету). Я лично собрала сто шесть подписей для письма к Президенту о таком законе. И это не просто сто шесть подписей, а самые звонкие творческие имена, ну самые популярные, я брала только такие. И тем не менее ничего не произошло, и потому так вот и идет и промысел бельков. Какой промысел — страшное убийство! Чудовищное! И человек, особенно дети, которых тоже на это снаряжают, не могут быть нормально здоровыми людьми, убивая беззащитных ангелоподобных существ. Вот сейчас мы сражались-сражались, и все равно по-
шла эта бойня.
Конечно, горько. Ведь все может быть исправлено. И деньги можно получать совершенно другим путем. Без шкурок бельков…
…У нас во дворе уже четыре года живет собачка, которую мы все подкармливаем, все знают, как ее зовут. Она живет и живет. Ее стерилизовали несколько лет назад. А сейчас появился другой песик. .. Я разъезжаю-приезжаю, они во дворе бегают…
В свое время вышло постановление Лужкова о стерилизации таких собак для того, чтобы не росла популяция. И мне кажется, его специально срывают. Поэтому-то сегодня, когда в стране огромный дефицит совести, все так и происходит. Не должно быть бездомных собак, хотелось бы, чтобы они тихо-мирно дожили свой век в приютах. Во всяком случае, так происходит в любом другом государстве.
 — Вы упомянули о разъездах. Часто приходится бывать на гастролях?
 — Достаточно часто.
 — И на ком тогда остается театр?
 — Есть ведь и другие артисты. Я-то далеко не во всех спектаклях занята. Но проблема, конечно, существует, и связана таковая с нашими музыкантами. Они участвуют во всех музыкальных спектаклях. Поэтому, когда мы уезжаем, перестают идти «Грезы», «Абсент», «Капли Датского короля»… В этом смысле сложно, и мы ездим теперь только в крупные города. В иные — раз в году, в другие — раз в полгода, а в какие-то — раз в два года.
 — Елена Антоновна, вы работаете с поэтами нового поколения? Или вас цепко держат привязанности к той поэзии, которая формировала актрису и музыканта Камбурову?
 — С одной стороны, мне очень много стихов дают прямо в руки, присылают их, причем подчас уже в песенном варианте. Но душа ко многому не лежит и многое отрицает, потому что слишком велика привязанность к истинному, есть точки отсчета и система координат, которую выработали Окуджава, Ким, Новелла Матвеева… Любопытный момент: новое в моих программах — оно все равно уже известное ранее, оно просто для меня новое. Например, сейчас идет время какого-то иного открытия для меня такого имени, как Владимир Высоцкий. Имени, с самого начала мною почти не принятого. Видимо, я услышала не те песни, возможно, самые первые… В общем, лишь после
86-го года у меня в репертуаре появилась одна его вещь, потом вторая… Только тогда я начала открывать стихи Высоцкого, поражаясь тому, что раньше даже не догадывалась о силе его поэтического дарования. И настолько все это меня захватило, что буквально позавчера у нас была первая общая репетиция с Никитой, сыном Владимира Семеновича. Есть идея создать как минимум общую, на двоих, программу, посвященную Высоцкому, а как максимум — спектакль, каковой тоже может выстроиться. Потому что и мне не чужды актерские какие-то дела, но а он вообще артист. Мне кажется, это интересно, и у нас с Никитой есть что-то общее на уровне энергетики…
…Фанис делает нам «страшные глаза». Да, мы вдвое перекрыли лимит отпущенного времени, и до концерта Елене Антоновне остается совсем немного. Так не хочется отпускать Камбурову и прощаться. Но нельзя, она уже чуть нервничает, поглядывая на часы. Пора. Остаются считанные секунды на автограф для читателей «Вечерки», затем короткое пожатие руки и скупой кивок в ответ на просьбу о новой встрече, если случится, что Камбурова опять приедет в Уфу. И как награда напоследок — улыбка: «Спасибо, мне понравилось».
До свидания, Елена Антоновна, мы надеемся!

P. S. За «кадром» этого материала остался разговор о предложенной Камбуровой кинороли Марины Цветаевой, о ее работе над образом Антигоны и о «греческих» корнях Елены Антоновны. Как-нибудь в следующий раз…

«Вечерняя Уфа» № 65 (10884)
Илюзя Капкаева, 04.2008

 




Контакты
Телефон кассы: (499) 246-81-75
Касса работает с 11:00 до 20:30 ежедневно.

119435, Москва, ул. Б. Пироговская, 53/55

Электронная почта:
kamburova@theatre.ru

Фейсбук
Вконтакте
Твиттер

Схема проезда:


© Театр Музыки и Поэзии п/р Елены Камбуровой
Все права защищены

При перепечатке текстовых, фото и видеоматериалов сайта необходима активная ссылка на сайт kamburova.theatre.ru

Сайт создан в рамках Theatre.Ru — культурного проекта Студии Артемия Лебедева.

Rambler's Top100